Полиптих
греч. πολύπτυχον — многосложённое; от πολύ «много» и πτυχή «складка». Створчатая работа, где каждая створка самостоятельна, а целое существует только вместе.
Отсюда всё остальное. Если предмет исследования есть переход — утрата, инициация, необратимое решение, — описание, ограниченное аргументом, теряет не точность, а часть предмета.
Эта страница — определение метода и его защита. Практический курс, построенный на нём, описан отдельно.
Полиптих — методологический принцип, согласно которому предмет исследования разворачивается одновременно в четырёх несводимых формах: аргумент, практика, изображение, произнесённый текст. Каждая форма несёт содержание, принципиально недоступное остальным. Их сосуществование — не иллюстрация и не синтез, а условие полноты описания.
Формы не переводятся друг в друга без потери. Пересказ практики — не практика. Изложение стиха прозой — не стих. Это свойство формы, а не качества исполнения.
Отсутствие любой из четырёх оставляет описание неполным по определению, а не по вкусу автора. Здесь метод расходится с многоформатностью как возможностью.
Формы не сливаются в целое высшего порядка. Они стоят рядом, как створки алтаря: связаны предметом, разделены материалом.
Створки видны одновременно и остаются отдельными плоскостями. Отсюда имя.
Конструкция держится на одном допущении, и его следует предъявлять первым: существует содержание, которое не высказывается в форме пропозиции без остатка, и этот остаток не является ни неточностью, ни недоработкой языка.
Линия выстроена задолго до нас. Гилберт Райл развёл знание-что и знание-как: умение не сводится к набору утверждений об умении. Майкл Полани: мы знаем больше, чем можем сказать, и неявное знание устроено иначе, чем недосказанное явное. Томас Нагель и Фрэнк Джексон: полное описание опыта не даёт того, что даёт опыт — независимо от метафизических выводов, эпистемический факт признан. Джон Остин: перформативное высказывание не описывает положение дел, а создаёт его, и необратимость здесь встроена в речевую форму, а не добавлена контекстом.
Из этого следует ровно одно: исследование, ограниченное аргументом, систематически теряет часть предмета — и потеря тем больше, чем сильнее предмет связан с переходом, а не с состоянием.
2.1
Опора — Нельсон Гудмен. Он отстаивает когнитивизм в отношении символической деятельности вообще: через символы мы строим миры, в которых живём, и интерес к символам, включая произведения искусства, является познавательным по природе. В «Ways of Worldmaking» он описывает альтернативные версии мира, каждая из которых полезна в своих обстоятельствах, но ни одна не способна полностью вобрать другую.
Это и есть основание несводимости: не разные языки об одном, а разные символические системы, производящие разное.
Слабое место любой фиксированной типологии — произвольность числа. Ответ «столько дал материал» есть эмпирика, а не аргумент. Предлагаемый вывод опирается на то, как форма обращается со временем.
Четыре — не число искусств и не число органов чувств, а число способов сделать содержание разделяемым: описанное, пройденное, увиденное разом, произнесённое.
Тезис обязан быть уязвимым. Возможный контрпример — звук как самостоятельный способ, не сводимый ни к изображению, ни к произнесению. Рабочий ответ: музыка попадает в практику по признаку длительности. Если ответ не удержится, число подлежит пересмотру. Обязательность форм от числа не зависит.
Четыре рамки, к которым слушатель отнесёт услышанное. Каждую следует предъявлять самому — на защите их назовут в любом случае.
ЧТО УТВЕРЖДАЕТ
Совокупное произведение искусства: музыка, поэзия, танец, архитектура объединяются в единое целое, превосходящее части.
ГДЕ РАСХОДИТСЯ
Вагнер стремится к слиянию, полиптих — к раздельности. У него единство есть цель; здесь несводимость есть несущая конструкция. Это ближайшее совпадение по внешнему виду и самое дальнее по существу.
ЧТО УТВЕРЖДАЕТ
Наиболее развитая теоретическая рамка искусства как исследования. Боргдорфф различает исследование об искусстве, для искусства и в и через искусство, отходя от более раннего различения Кристофера Фрейлинга. Его вывод: artistic research не столько эксплицирует знание, которое искусство якобы производит, сколько даёт особую артикуляцию дорефлексивного, непонятийного содержания. Само это знание описывается как когнитивное, непонятийное, рациональное и недискурсивное.
ГДЕ СОВПАДАЕТ
Допущение о непонятийном содержании — общее. Это ближайший союзник, и на него следует опираться, а не спорить с ним.
ГДЕ РАСХОДИТСЯ
Боргдорфф защищает право художественной практики считаться исследованием. Полиптих утверждает обязанность исследования быть многоформатным. Первое расширяет список допустимого, второе ограничивает список достаточного.
ЧТО УТВЕРЖДАЕТ
Треугольная модель мультимодальной эпистемологии: know-how — неявное, воплощённое знание; know-what — неявное, сделанное явным через критическую рефлексию; know-that — концептуальные рамки и внешнее знание. В центре праксис, режимы питают друг друга в текучем обмене.
ГДЕ РАСХОДИТСЯ
Ближайший конкурент: Нельсон тоже настаивает на нескольких режимах одновременно. Отличий два. У него режимы различаются по типу знания, здесь формы различаются по способу передачи. И его модель диалогична — режимы сходятся в праксисе; эта — нет, створки не сходятся.
ЧТО УТВЕРЖДАЕТ
Канадская рамка описывает четыре режима: исследование для творчества, исследование из творчества, творческие презентации исследования и творчество как исследование. Категории выведены через витгенштейновские семейные сходства.
ГДЕ РАСХОДИТСЯ
Это типология отношений между исследованием и творчеством, а не требование к полноте описания. Семейные сходства прямо противоположны здешней логике: там категория намеренно размыта, здесь замкнута обязательностью.
«Это просто мультимедийность, красивая подача».
Подача добавляется к готовому содержанию и не меняет его. Здесь формы производят разное: фиксация практики не содержит того, что содержит практика. Проверка простая — если убрать одну створку и описание не обеднеет, значит, в ней действительно была только подача, и её надо снимать.
«Почему обязательно, а не по возможности?»
Необязательность возвращает аргументу статус достаточной формы, а тезис состоит ровно в его недостаточности для предметов перехода. Обязательность — следствие из природы предмета, а не дисциплинарное требование к автору.
«Это уже описано в artistic research».
Описана многоформатность. Не описана обязательность. Расхождение проверяемо: спросите у обеих рамок, полно ли исследование, выполненное только текстом. Artistic research ответит «да, это одна из законных форм». Полиптих — «нет».
Претензия на универсальность ослабила бы конструкцию, а не усилила: рамка, объясняющая всё, не объясняет ничего конкретного.
Полиптих применим к предметам, в которых существен переход: лиминальные состояния, необратимые решения, утрата, инициация, влюблённость, горе.
Там, где предмет есть устойчивое состояние или отношение между величинами, аргумент самодостаточен. Добавление трёх форм даст украшение, а не знание.
Чем больше предмет является переходом, тем выше цена одноформатного описания.
Austin J. L. How to Do Things with Words. 1962 · Borgdorff H. The Debate on Research in the Arts. 2006; The Production of Knowledge in Artistic Research. 2010 · Chapman O., Sawchuk K. Research-Creation: Intervention, Analysis and “Family Resemblances” // Canadian Journal of Communication. 2012. Vol. 37, № 1 · Frayling C. Research in Art and Design. 1993 · Goodman N. Languages of Art. 1968; Ways of Worldmaking. 1978 · Jackson F. Epiphenomenal Qualia. 1982 · Mersch D. Epistemologies of Aesthetics. 2015 · Nagel T. What Is It Like to Be a Bat? 1974 · Nelson R. Practice as Research in the Arts. Palgrave Macmillan, 2013 · Polanyi M. The Tacit Dimension. 1966 · Ryle G. The Concept of Mind. 1949 · Turner V. The Ritual Process. 1969 · Gennep A. van. Les rites de passage. 1909 · Wagner R. Das Kunstwerk der Zukunft. 1849
Рамка открыта к возражению по числу форм и закрыта по обязательности. Первое — вопрос типологии, второе — вопрос предмета.
Написать автору: Telegram